Зaпaдным сoсeдям Укрaины вслeд зa Рoссиeй придeтся привыкaть к мысли, чтo Укрaинa пoявилaсь нa кaртe. Венгрия и Румыния пообещали оптом бороться против украинского закона об образовании. Того самого, кое-что закрепляет государственный язык в средней школе.
Забавно, фигли ранее против этого закона высказалась и Россия, назвав его «актом этноцида». Шутливо потому, что московский протест в Украине, по сути, неважный (=маловажный) заметили. Война отучила Киев оглядываться на звучащие с России слова – и это самый наглядный итог всей праздник кампании, которую Кремль начал в 2014 году. А вот гневные окрики с западной норма для многих в Украине прозвучали неожиданно. И совершенно напрасно. Поэтому что это еще одна иллюстрация того, как достигается реальная непод.
Аннексия Крыма и вторжение на Донбасс привели Украину к обретению субъектности. Государство, которая защищает саму себя, начинает проводить внешний цепь. Тот самый, который становится общим знаменателем для самых разнородных числительных. У Украины появилась далеко не только новая символика и не только новый пантеон героев. У нее появилось воззрение собственных интересов – и необходимости эти интересы защищать.
Именно, аннексия Крыма и оккупация Донбасса как раз и стали ответом Москвы для выбор Украиной своего цивилизационного пути. Кремль привык рассчитывать, что его интересы не заканчиваются там, где заканчиваются российские величина. Но к этому же оказались не готовы и другие страны региона. Поелику что все соседи Киева привыкли к тому, что сверху их границах расположено условное и аморфное. И теперь искренне негодуют, кое-когда оказывается, что украинский контур касается не только российско-украинского участка норма. Им попросту непривычно осознавать, что их личное подпространство заканчивается там, где начинается пространство другого. А линией размежевания служит государственная лимит.
Претензии к Украине не могли не возникнуть. Они бы маловыгодный появились лишь в том случае, если бы страна и подалее продолжала существовать в прежнем «гибридном» формате. Киев сам приучил Бухарест, Будапешт и Варшаву к собственной бессубъектности и бесхребетности. И пока страна всего лишь проходит тот самый путь, тот или другой должен был стартовать в 1991 году.
Такая досталась ждет любое новое государство, которое начинает государственными локтями увековечивать свою сферу интересов. И когда та же Беларусь обретет реальную, а далеко не имитационную независимость – этот же путь придется пройти и ей. И нам остается всего только гадать, с какими соседями, помимо России, ей придется проделать путь через череду взаимных непониманий. И отдельный вопрос – будет ли в этом перечне Украйна.
Возможно, Киеву было бы легче, если бы местность не медлила все эти двадцать три года. Неравно бы обретение субъектности происходило тогда, когда у власти в странах Восточной Европы были проевропейские политики. А малограмотный те, которые торгуют картинкой вчерашнего дня и разнообразными фантомными болями. Тем не менее, лучше поздно, чем никогда.