Умбeртo Экo сoстaвил списoк с 14 типичныx xaрaктeристик «вeчнoгo фaшизмa» (ур-фaшизмa). Eсли в oбщeствe нaблюдaeтся 6-7 признaкoв изо этoгo спискa, тo oнo близкo к нaступлeнию фaшизмa (дaльшe всe пoкaтится кaк снeжный кoм).
1. Пeрвoй xaрaктeристикoй ур-фaшизмa являeтся фетишизм трaдиции. Трaдициoнaлизм стaрee фaшизмa. Oн выступaeт дoминaнтoй кoнтррeвoлюциoннoй кaтoличeскoй мысли задним числом Французской революции, но зародился он в поздний эллинистический ступенька как реакция на рационализм классической Греции.
С него вытекает, что нет места развитию знания. Достоверность уже провозглашена раз и навсегда; остается только истолковывать ее темные суесловие. Достаточно посмотреть «обоймы» любых фашистских культур: в них входят точию мыслители-традиционалисты. Немецко-фашистский гнозис питался из традиционалистских, синкретистских, оккультных источников. Кардинальный теоретический источник новых итальянских правых, Юлиус Эвола, смешивает Грааль с «Протоколами Сионских мудрецов», алхимию со Священной Римской империей. По своему произволу тот факт, что в целях обогащения кругозора часть итальянских правых без дальних слов расширила обойму, включив в нее Де Местра, Генона и Грамши, является блистательной демонстрацией синкретизма.
2. Традиционализм непременно ведет к неприятию модернизма. Как итальянские фашисты, так и немецкие нацисты нав бы обожали технику, в то время как традиционалистские мыслители по большей части технику клеймили, видя в ней отрицание традиционных духовных ценностей. Же, по сути дела, нацизм наслаждался лишь внешним аспектом своей индустриализации. В глубине его идеологии главенствовала учение Blut und Boden – «Крови и почвы».
Отрицание современного таблица проводилось под знаком отрицания капиталистической современности. Это, после существу, отрицание духа 1789 года (а также, разумеется, 1776-го) – духа Просвещения. Целую вечность Рационализма видится как начало современного разврата. Поэтому ур-коричневая чума может быть определен как иррационализм.
3. Иррационализм непреклонно связан с культом действия ради действия. Действо прекрасно само согласно себе и поэтому осуществляемо вне и без рефлексии. Думание – немужественное занятие. Культура видится с подозрением, будучи потенциальной носительницей критического взаимоотношения. Тут все: и высказывание Геббельса «Когда я слышу слово «возделывание», я хватаюсь за пистолет», и милые общие места насчет интеллектуальных размазней, яйцеголовых интеллигентов, знак извлечения корня-снобизма и университетов – рассадников коммунистической заразы. Подозрительность по отношению к интеллектуальному миру на (веки (вечные сигнализирует присутствие ур-фашизма. Официальные фашистские мыслители в основном занимались тем, как обвиняли современную им культуру и либеральную интеллигенцию в отходе ото вечных ценностей.
4. Никакая форма синкретизма не может вышвырнуть критики. Критический подход оперирует дистинкциями, дистинкции же являются атрибутом современности. В современной культуре научное объединение уважает несогласие, как основу развития науки. В глазах ур-фашизма несовпадение есть предательство.
5. Несогласие – это еще и знак инаковости. Ур-нацизм растет и ищет консенсусов, эксплуатируя прирожденную боязнь инородного. Первейшие лозунги фашистоидного аль пре-фашистоидного движения направлены против инородцев. Ур-нацизм, таким образом, по определению замешан на расизме.
6. Ур-чума двадцатого века рождается из индивидуальной или социальной фрустрации. Поэтому аминь исторические фашизмы опирались на фрустрированные средние классы, пострадавшие через какого-либо экономического, либо политического кризиса и испытывающие ужасть перед угрозой со стороны раздраженных низов. В наше период, когда прежние «пролетарии» превращаются в мелкую буржуазию, а люмпен изо политической жизни самоустраняется, фашизм найдет в этом новом большинстве превосходную аудиторию.
7. Тем, кто такой вообще социально обездолен, ур-фашизм говорит, что единственным залогом их привилегий является что и говорит рождения в определенной стране. Так выковывается национализм. А единственное, что-то может сплотить нацию, – это враги. Поэтому в основе ур-фашистской психологии заложена подъем идеей заговора, по возможности международного. Люди должны ощущать себя осажденными. В чьей короне) способ сосредоточить аудиторию на заговоре – использовать пружины ксенофобии. Впрочем годится и заговор внутренний, для этого хорошо подходят евреи, затем что они одновременно как бы внутри и как бы без.
8. Сочлены должны чувствовать себя оскорбленными из-вслед того, что враги выставляют напоказ богатство, бравируют насильно. Когда я был маленьким, мне внушали, что англичане – «национальность пятиразового питания». Англичане питаются интенсивнее, чем бедные, хотя честные итальянцы. Богаты еще евреи, к тому же они помогают своим, имеют тайную уз взаимопомощи. Это с одной стороны; в то же время сочлены убеждены, а сумеют одолеть любого врага. Так, благодаря колебанию риторических струн, враги рисуются в одно и так же время как и чересчур сильные, и чересчур слабые. Соответственно этой причине фашизмы обречены всегда проигрывать войны: они маловыгодный в состоянии объективно оценивать боеспособность противника.
9. Для ур-фашизма вышел борьбы за жизнь, а есть жизнь ради борьбы. В один из дней так, пацифизм однозначен братанию с врагом. Пацифизм предосудителен, потому как жизнь есть вечная борьба. В то же время дано и комплекс Страшного суда. Поскольку враг должен быть – и полноте – уничтожен, значит, состоится последний бой, в результате которого данное знак приобретёт полный контроль над миром. В свете подобного «тотального решения» предполагается абордаж эры всеобщего мира, Золотого века.
Однако сие противодействует тезису о перманентной войне, и еще ни одному фашистскому лидеру без- удалось разрешить образующееся противоречие.
10. Для всех реакционных идеологий типичен элитаризм, в силу его глубинной аристократичности. В ходе истории полно аристократические и милитаристские элитаризмы держались на презрении к слабому.
Ур-диктатура исповедует популистскийэлитаризм. Рядовые граждане составляют собой наилучший обитатели на свете. Партия составляется из наилучших рядовых граждан. Дюжинный гражданин может (либо обязан) сделаться членом партии.
Зато не может быть патрициев без плебеев. Вождь, какой-никакой знает, что получил власть не через делегирование, а захватил насильственным путем, понимает также, что сила его основывается на слабости народные), и эта масса слаба настолько, чтобы нуждаться в Погонщике и стоить его.
Поэтому в таких обществах, организованных иерархически (точно по милитаристской модели), каждый отдельный вождь презирает, с одной стороны, вышестоящих, а с прочий – подчиненных.
Тем самым укрепляется массовый элитаризм.
11. Всякого и каждого воспитывают, с целью он стал героем. В мифах герой воплощает собой редкое, экстраординарное содержание; однако в идеологии ур-фашизма героизм – это норма. Хтонизм героизма непосредственно связан с культом смерти. Не случайно девизом фалангистов было Viva la muerte! Нормальным людям слышно, что смерть огорчительна, но надо будет встретить её с достоинством. Верующим людям считается, что смерть есть страдательный метод достижения сверхъестественного блаженства. Амплуа же ур-фашизма алчет смерти, предуказанной ему в качестве наилучшей компенсации по (по грибы) героическую жизнь. Герою ур-фашизма умереть невтерпеж. В героическом нетерпении, заметим в скобках, ему куда как чаще случается умерщвлять других.
12. Поскольку как перманентная кампания, так и героизм – довольно трудные игры, ур-фашизм переносит свое страсть к власти на половую сферу. На этом основан фетишизм мужественности (то есть пренебрежение к женщине и беспощадное преследование любых неконформистских сексуальных привычек: ото целомудрия до гомосексуализма). Поскольку и пол – это довольно трудная развлечение, герой ур-фашизма играется с пистолетом, то есть эрзацем фаллоса. Постоянные военные зрелище имеют своей подоплекой неизбывную invidia penis.
13. Ур-нацизм строится на качественном (квалитативном) популизме. В условиях демократии граждане пользуются правами сплетня; совокупность граждан осуществляет свои политические права только рядом наличии количественного (квантитативного) основания: исполняются решения большинства. В глазах ур-фашизма индивидуум прав обида не имеет, а Народ предстает как качество, как монолитное друж, выражающее совокупную волю. Поскольку никакое количество человеческих существ возьми самом деле не может иметь совокупную волю, Главарь претендует на то, чтобы представительствовать от всех. Утратив юриспруденция делегировать, рядовые граждане не действуют, они только призываются – отрывок за целое – играть роль Народа. Народ, таким образом, бытует подобно ((тому) как) феномен исключительно театральный.
За примером качественного популизманеобязательно устремляться к Нюрнбергскому стадиону или римской переполненной площади перед балконом Муссолини. В нашем близком будущем ориентация качественного популизма – это телевидение или электронная сеть инет, которые способны представить эмоциональную реакцию отобранной группы граждан по образу «суждение народа».
Крепко стоя на своем квалитативном популизме, ур-диктатура ополчается против «прогнивших парламентских демократий». Первое, что заявил Муссолини получи и распишись своей речи в итальянском парламенте, было: «Хотелось бы ми превратить эту глухую, серую залу в спортзал для моих ребяток». Дьявол, конечно же, быстро нашёл гораздо лучшее пристанище для того «своих ребяток», но парламент тем не менее разогнал.
Какой только имеется раз, когда политик ставит под вопрос легитимность парламента, ввиду тот якобы уже не отражает «суждение народа», явственно унюхивается смрад Вечного Фашизма.
14. Ур-фашизм говорит на Новоязе. Новояз был изобретен Оруэллом в романе «1984» ни дать ни взять официальный язык Ангсоца, Английского социализма, но элементы ур-фашизма свойственны самым различным диктатурам. И нацистские, и фашистские учебники отличались бедной лексикой и примитивным синтаксисом, желая максимально подрезать крылья для школьника набор инструментов сложного критического мышления. Же мы должны уметь вычленять и другие формы Новояза, инда когда они имеют невинный вид популярного телевизионного убор-шоу.
Автор: Владимир Невейкин. Источник: Сноб