Истoрия oднoгo oфицeрa, кoтoрый, вeрнувшись с зoны AТO, oткрыл свoй рeстoрaн и пoпытaлся пoвтoрить успex Pizza Veterano.
Влaдимир Ющeнкo был oфицeрoм пo рaбoтe с личным сoстaвoм в 54-й бригaдe. Дeмoбилизoвaвшись – oткрыл рeстoрaнчик с куxнeй-гриль. Xoтeл сдeлaть чтo-тo aтмoсфeрнoe, уютнoe, с нeoглaмурeнным бoeвым aнтурaжeм. И у нeгo этo впoлнe пoлучилoсь.
Нo eгo истoрия – нe типичнaя истoрия успexa вeтeрaнa, кoтoрый вoзврaщaeтся к мирнoй жизни. Сeйчaс oткрытый им «Печерский редут» находится держи грани банкротства. Причем сам Владимир признает, что модальность ветерана еще не залог успеха, и не из всякого ресторана из чего следует Pizza Veterano.
О том, какие риски надо просчитывать, открывая принадлежащий бизнес, и как себя вести, чтобы возвращение с военной службы было отнюдь не слишком болезненным, он рассказал сайту «24».
Как Вам оказались в 54-й бригаде?
Так распределили. Я не в прямом смысле добровольцем шел получи и распишись фронт. То есть, мне пришла повестка, я мог притвориться, но не стал этого делать. Так что в этом плане – волонтер. Но военкомат штурмом в 2014 году не брал. У меня техническое конкре, военная специализация – системы управления огнем. В 2014 году даже если конспекты поднял, посмотрел, что поменялось за это минута. Ожидал, что меня должны были мобилизовать, но сие сделали позже.
В конце 2014 года случились проблемы с работой. Бражка, где я работал, начиная от разработчика микросхем до начальника отдела ІТ, развалилась. Людей сократили. Я о ту пору особо не волновался, думал, что спокойно найду работу. Ну-кася и так получилось, что в один момент получил и приглашение бери финальное собеседование на новое место работы, и повестку.
Выбрали повестку?
Много деваться? В военкомате, единственное что, спросил, дадут ли ми отсрочку на месяц-два, но ответили, что (не)измеримый максимум – неделя. Так что служить я пошел безработным. Возьми службе занятости меня тут же отработали как трудоустроенного. В армии зарплаты никакие в первые месяцы, и из-за время моей службы тот подкожный жир, который в семье был, дьявол весь ушел. А когда вернулся…
Вот честно скажу, законы сделаны где-то, что военные попадают на деньги. АТОшники, я имею поскольку. Все. Даже те, за которыми зарплата сохраняется. Я был офицером точно по работе с личным составом, видел многих и офицеров, и рядовых. Относительная – не имели зарплаты какой-то, кроме военной. В этом наворачивать явное конфликтное начало. В армии много зависит от того, до (каких у тебя денег. От этого зависит, сможешь ли твоя милость помыться, зарядить телефон, по-человечески поесть. Всякие такие мелочи нельзя не покупать за свои деньги, особенно если это – приставки не- нулевая позиция. На «ноль» еще волонтеры что-так подвозят, если повезет, и там таких бытовых проблем чуток меньше. А туда – дальше от нуля, волонтеры уже никак не ездят.
Это один из факторов, который приводит к тому, что такое? военнослужащим тяжело. Потому что есть те, у кого заработная плата 3-4 тысячи и все, а есть те, кто получают презренный металл в армии, на предыдущем месте работы, еще какие-в таком случае выплаты. Так получается, что один себя нормально чувствует, а второстепенный постоянно сидит на иголках, потому что денег ни духу, и семья осталась где-то там, без денег, минуя кормильца. Без ничего.
В 2015-2016 год – Вы были офицером объединение работе с личным составом в 54-й бригаде, правильно?
Ладно. Там занимался в основном тем, что воевал с нашими полковниками, которые приезжали к нам с проверками, и начинали экзаменовать, где какой приказ выполнен, что по уставу, а ась? – нет, как отсылаются телеграммы и прочее – это уже никак не для протокола.
Потом, когда демобилизовался – пытался расположиться в Минобороны, чтобы помочь наладить им технологии работы с информацией и прийти в чувство от бумажного документооборота, который уже не соответствует реалиям. Пытался помощью волонтеров добиться внедрения информационной системы в МО, до войны ровно раз такого рода системы внедрял. Но, как я понял, в МО в (течение того времени не заинтересованы в таких системах.
Как возник «Печерский редут»?
Впоследствии этого я искал работу по специальности. Несколько месяцев поисков невыгодный дали вообще никаких результатов. Потом уже мне объяснили знакомые специалисты за набору персонала, что АТОшников на работу брать без- хотят. Государство дало им льготы за счет работодателя – их не велено перевести на другую должность без их согласия, им гарантирован прибавочный отпуск и так далее. Работодателю такие сотрудники просто невыгодны.
Короче (говоря), в результате пришлось начинать какое-то свое дело. Раньше пытался организовать что-то в области ІТ, пришел к заключению, что же у нас сейчас предложение просто колоссально превышает спрос.
А в духе пришли к ресторанному бизнесу? Это же совсем отличное ото компьютерного мира.
Пытался еще что-то вырабатывать, сопоставлял спрос и предложение на рынке, пробовал разные потенциал. Ресторан получился после всех историй успеха из того а центра занятости, из услышанных там рассказов про Veterano-служба. Послушал рассказы ребят про то, что все к тому идет, все получается, главное – делать. Ну и краеугольный момент – Pizza Veterano. Я приходил тама, встречался там с ребятами из бригады, мне там нравилось. Где-то появилась мысль открыть свой ресторан. Хотелось сделать что же-то такое, что было проще готовить. Нашел а ещё двоих ветеранов, которым это было интересно – и втроем да мы с тобой собирались это все поднять.
На самом деле – сперва все очень бодренько пошло. Но честное слово, когда-когда я писал бизнес-план, продумывал риски, у меня в списке рисков хотя (бы) приблизительно не упоминается риск отсутствия посетителей. Даже мысли невыгодный было, что так может случиться. Я перестраховывался от трех десятков различных ситуаций, вплоть по полтергейста и наездов с разных сторон. Но вот пункта отсутствия посетителей у меня вообще-то не было в списке. Вообще.
Почему?
Причиной тому – безусловно, наверное, Pizza Veterano, куда я приходил, видел эти аншлаги и счастливых посетителей. А на) этом месте – центр города, Печерск. Были варианты помещений на Лыбедской, получай Оболони, где-то на Левом берегу. Я видел, фигли это место немножко захолустное, но оно рядом с военным госпиталем, и сие стало решающим моментом.
Хотели им помогать?
В госпитале лопать волонтеры, есть пациенты. По началу я довольно активно ездил в лазарет, общался, возил еду. Ребята по мере выздоровления тогда приходили. Когда познакомился с бойцами, которые лежали в травматологии, с ампутантами, в таком случае понял, что их нужно не столько кормить, коих) пор морально поддерживать. Это – намного важнее. Привезти шашлык – без- самое главное.
Почему?
Смотрите, раненого бойца в первую (очередь в бригаде до последнего будут мурыжить, рассказывать, что у него блистает своим отсутствием никаких проблем со здоровьем. Это я на себе классно прочувствовал, когда заболел, хотя был замполитом, которого обыкновенно от стенки отличают. Сначала раненые вырываются из бригады. Там – их везут куда-нибудь в районную больницу, потом – в областную, в Харьков, в Славутич. И только потом – в Киев.
Если это ребята-ампутанты, так все занимает минимум неделю времени. Попав в Киев, они сейчас начинают приходить в себя, потихоньку начинают осознавать, что, умереть и не встать-первых, с ранением их не пронесло. Уходя на войну совершенно же надеются, что вернуться домой целыми, процент на свет не глядел бы раненых, на самом деле, он же не баснословно большой. Все верят, что в этой лотерее вытянут благополучный билет. Вот этим ребятам с билетом не повезло. У многих появляется соображение: «Все! Теперь меня на руках будут носить». Думают, аюшки? им дадут какие-то бешеные деньги, до конца дней своих им никак не придется думать, на что кормить семью. Потом узнают, а пенсии дадут около 5 тысяч гривен, узнают, что нате работу устроиться нельзя – вот тогда становиться грустно. Же это, опять-таки, у всех – по-разному.
Вне денежного вопроса, что еще осложняет возвращение в мирную проживание?
Денежные сложности – этого вполне достаточно. Проблема всеобщая, симпатия затрагивает почти всех. Почему еще сложно возвращаться – сие уже у каждого свое. Да, морально-психологическая помощь и восстановление в правах нужны многим. Я вот почти ни разу не был почти серьезными обстрелами, проведя в зоне АТО больше года. Безвыгодный все же постоянно были под обстрелами. Много тех, кто такой слышал их пару раз, или таких же «тыловых крыс», якобы я. Но когда я вернулся, то даже отсутствия денег было немерено, чтобы тут меня накрыло.
Такие ветеранские заведения – они помогают адаптироваться?
Если нет ветераны сюда приходят – то однозначно да. Тем, кто такой сюда приходят, тут комфортно. Человек понимает, что им кто такой-то озабочен. Хотя вот ко мне сюда приходил штабист, который высказал, что я – сволочь, которая зарабатывает на АТОшниках. Сие рассказываю просто в качестве иллюстрации, что у всех восприятие разные разности.
Есть компании, которые сюда приходят и отдыхают душой. Приметно, что им тяжело в финансовом плане, они придут, хачапури с кофейком возьмут и просидят с друзьями часа три. Знак музыкальные вечера, которые мы проводим – они тоже помогают ослабеть и почувствовать себя нужным и своим.
Общение с такими но, как ты – это важно. Почему я ходил в ту а Pizza Veterano? Это место, где собираются АТОшники, идеже есть этот АТОшный антураж. Ты приходишь и понимаешь, по какой причине в обществе, в целом, есть люди, которым эта тема далеко не безразлична, они об этом думают и у тебя появляется Надя.
Надежда на что?
На то, что-нибудь все это окончательно не покроется пылью. Честно скажу, зачем при посещении некоторых общественных организаций у меня возникло такое осязание, что все это – и АТО, и атошников, и их проблемы – бодрым (форсированным) шагом забудут, и они станут никому не нужны.
В таких местах, ветеранами сделанных, с головы находит что-то свое. Наличие карты Донбасса, идеже человек может поставить свою булавочку, отметиться и увидеть, чего таких булавочек много, рядышком – это психологический позитив. Постоянно эти флаги, шевроны – это тоже позитив. Это километров не всем необходимо, все люди разные. Беда точию в том, что те, кому это надо – люди, безлюдный (=малолюдный) сильно обеспеченные финансами.
Вы с высоты своего демобилизационного опыта, в чем дело? посоветовали бы своему личному составу? Что сделать, пусть возвращение с войны было не таким болезненным?
Ни держи кого не надеяться – это точно. А потом – ситуации а у всех разные. У кого-то есть семья, у кого-так – нет. Кто-то – развелся, в том числе – и за грядущее службы. Каждый в своих обстоятельствах. Есть те, кто возвращается, их ждет рабочее помещение, они начинают работать, у них есть семья и поддержка. У них перевелся бытовых проблем, и это – легче. Много же тех, кто такой сталкивается именно с бытовыми проблемами – финансовыми, семейными. В таких ситуациях присоветовать что-то сложно. Тут можно только лозунги вклеивать. А я их не люблю.
Все фото: Эдуард Крижановский