Пoжaры нa склaдax вoeннoй тexники зa пoслeдниe две года – сначала шокировали, а с недавних пор стали уже печальной традицией. С полдесятка погибших, сотни разрушенных домов, уничтоженная инфраструктура бери годы вперед и разговоры только о диверсантах, которые во во всем виноваты.
Ни одного наказанного, ни одного завершенного расследования и до сей поры под грифом «секретно». Но после каждой трагедии обычным людям, которым отнюдь не повезло иметь дом рядом с взрывопасными военными складами, нельзя не начинать жизнь с чистого листа. Волонтеры собирают помощь, Пруссия отчитывается о поддержке, из бюджета текут миллионы на воссоздание поврежденного имущества.
Если проехаться по центральным улицам Балаклеи – первые впечатления полно(те) положительные: аккуратно окрашенные фасады, новые крыши, пара свежезаасфальтированных улиц.
Есть смысл же зайти внутрь и поговорить с местными, то хоть вслед за голову хватайся: худо-бедно сделан ремонт, протекающие крыши, цинически налепленный гипсокартон, трава, пробивающая асфальт двухмесячной давности.
За взрывов у людей в домах выбило окна, отключили газоснабжение, возникли проблемы с электричеством. У многих перевелся даже возможности по-человечески приготовить пищу.
Сие называется «чрезвычайная ситуация», которая и позволяет напрямую выбирать подрядчиков «не принимая во внимание тендеров и конкурсов». Что до Балаклеи, то руководили сим штабом чиновники Харьковской ОГА, которые и нашли на «скорую руку» всех подрядчиков, а местной администрация оставили неблагодарную функцию подписывать договоры с этими компаниями и, в случае а, нести ответственность.
Две трети бюджета на воскрешение Балаклеи получили компании, связанные с топовыми областными чиновниками.
Какие харьковские чиновники оказались середи владельцев и учредителей компаний-победителей – смотрите в расследовании ЦРУ.