Мaйдaн, aннeксия Крымa, втoржeниe нa Дoнбaсс сeгoдня слились в (видах нaс в oдну oбщую нeрaзрывную чeрeду сoбытий. Для нaс – oбрaзцa 2017 гoдa – сбитого «Боинга» мало-: неграмотный было бы без расстрела на Институтской. Мы привыкли полагать аннексию – реакцией на Майдан. Донбасс – продолжением Крыма.
Ты да я привыкли считать аннексию – реакцией на Майдан. Донбасс – продолжением Крыма. Угоду кому) нас все трагические и героические события последних лет – сие главы одной и той же книги. Но в тот дни, когда происходило каждое из этих событий – мы принципы не имели, что будет дальше.
Мы пишем эту книгу в режиме реального времени – страницу ради страницей, раздел за разделом. И по мере того, во вкусе открываются новые обстоятельства – мы пересматриваем свои собственные рефлексии до поводу предыдущих глав. В 2015 году любой, кто засомневался бы в Надежде Савченко – был бы поднят общественным мнением получи и распишись вилы. А в 2017 году оно точно так же поднимет нате вилы того, кто продолжает на ее счет досматривать иллюзии. Но в том и особенность, что человек принадлежит своему времени. Дьявол неотделим от него – со всеми своими заблуждениями и ошибками.
Весною 2015 года легко было говорить, что Донбасс стал продолжением Крыма. Только когда российские войска ездили по полуострову – мы убеждения не имели, какая кровавая каша заварится спустя двушник месяца на востоке страны. Мы меняемся очень с прохладцей и нам кажется, будто мы всегда были такими, по образу сейчас. А на самом деле мы просто не помним самих себя с нашего недавнего прошлого.
В 2014 году вся Хохдяндия, прильнув к экранам, следила за тем, как ее военные в Крыму мало-: неграмотный спускали флаги. Приказов из Киева не было, мастеровитость не ездила, военное положение не вводили. После бегства Януковича лагерь оказались в правовой ловушке. Она делала то немногое, ась? было в ее арсенале в тот момент – не принимала новую присягу в условиях тотальной неразберихи. Наша сестра считали это героизмом.
Нам, отученным от мысли, что такое? у страны есть армия, уже это пассивное сопротивление казалось подвигом и поступком. Государство свыкнется с войной куда позже – когда будут Иловайск и Дебальцево, Донецкий аэродром и Саур-Могила.
Активная фаза приучит нас к мысли, чего армия может не только сидеть в обороне, но и регулировать наступления. Не только стиснув зубы стоять на месте, же и наступать. И все эти затяжные бои в сознании многих обнулят «крымскую осаду». Заставят обывателя вычислять ее недостаточной. Появятся те, кто начнет осуждать вышедших для материк в 2014 году офицеров за слабохарактерность и нерешительность. Не без того в феврале 2014 львиная доля бросающих камни говорила и писала до мозга костей иное. И в тот момент, когда социальные сети введут нашаривание постов по датам – у нас будет повод в этом увериться.
На самом деле, это психологическая подмена. Предварительно войны все мы были полны иллюзий и сомнений, с которых избавлялись на протяжении следующих трех лет. Однако выносить приговоры самим себе неприятно – и потому обыватель выносит их окружающим. Приближенно, словно он сегодняшний был точно таким же и в первую очередь, а все остальные – нет. Не надо врать самим себя. Три года назад мы были другими. И спустя три лета тоже будем другими. И чаще всего под каждой инквизиторской мантией прячется бонист собственных ошибок, которые он пытается осуждать в окружающих